Übermenschen
Feb. 16th, 2026 10:48 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
cmpax_u_pagocmbИз воспоминаний Киянского Ивана Алексеевича (физика-металловеда)
...один дом в нашей деревне (а это был настоящий кирпичный дом, крытый настоящей «обливной» черепицей — диковинной для украинского села того времени) спокойно перенес общение с «прекрасной гаубицей», прятавшейся под его стенами. Этот дом стоял на окраине деревни возле небольшой рощицы, на отшибе, как бы сам по себе, и принадлежал семье поволжских немцев по фамилии Тронер. Немецкая семья появилась в деревне в 1934 году после бегства из голодающего Поволжья и сразу привлекла к себе всеобщее внимание необычным поведением: никто в семье не пил самогон, в колхоз не записались даже под угрозой выселения из деревни, дом поставили своими руками за один сезон, причем все члены семьи, включая взрослых сына и дочь, были одновременно и каменщиками, и штукатурами, и столярами, и плотниками. В огороде выращивали диковинные для наших мест растения, в том числе табак, который у местных курильщиков был дороже золота (правда, золота у этих курильщиков также не водилось). Но главной достопримечательностью этого единоличного подворья был не дом, а пасека, состоящая из нескольких десятков пчелиных ульев. Пчелы были основным занятием и гордостью старшего из Тронеров, а остальные члены семьи занимались, по современной терминологии, агропромышленным бизнесом, причем достаточно успешно. В летние месяцы глава семьи (деревенская кличка — Дед Тронер), одетый в диковинные защитные одежды, периодически производил съем излишков меда из пчелиных сот (как говорили в деревне, «гнал мед»). И тогда наступали чудесные дни «праздника меда», объединенные с «днями открытых дверей»… В эти дни почетными гостями семьи Тронеров были все голодные деревенские дети, способные самостоятельно преодолеть расстояние от деревни до пасеки. Условий для участия в празднике меда было всего два — хлеб для собственного потребления каждый из гостей должен был принести с собой, а посуду типа банок и горшков приносить с собой строго запрещалось...
Наши праздники закончились в 1946 году — осенью этого года «Деда Тронера» забрали чекисты, обвинив в пособничестве фашистам (немец все-таки!), чем вызвали глухой ропот среди местных жителей. На самом же деле семья Тронеров во время оккупации была чуть ли не самой лояльной по отношению к советской власти — младший Тронер с первых до последних дней воевал на фронте, а «дед» категорически отверг предложение немцев стать деревенским старостой (на эту должность с удовольствием согласился другой наш земляк — украинец). После ареста «деда» его сын долго ходил по инстанциям, празднично украсив китель своими орденами и медалями, но ничего не добился, только накликал беду на остальных членов семьи. Ближе к весне к дому Тронеров милиционеры подогнали грузовую машину, погрузили в нее всех всю семью и кое-какое барахлишко, вывезли на железнодорожную станцию и — прощай, село Александровка, здравствуйте, степи Казахстана!
Больше в нашу деревню никто из Тронеров никогда не заглядывал. Оставшееся после них хозяйство, в первую очередь пчелиные ульи, растащили по домам деревенские мужики и бабы. Но то ли пчелы уже почувствовали гибель своего хозяина, то ли уход за ними со стороны новых хозяев был недостаточным, теперь это уже установить трудно, однако на следующее лето от пасеки «Деда Тронера» уже ничего не осталось — за зиму все пчелиные рои погибли, а о своем празднике меда деревенским ребятам пришлось забыть навсегда. Исчезла и материальная память об этой семье — диковинный кирпичный дом, построенный их мастеровитыми руками: сначала в нем по непонятным причинам возник пожар, а оставшиеся после пожара закопченные стены мужики разобрали по кирпичику для своих хозяйственных нужд.
Источник
...один дом в нашей деревне (а это был настоящий кирпичный дом, крытый настоящей «обливной» черепицей — диковинной для украинского села того времени) спокойно перенес общение с «прекрасной гаубицей», прятавшейся под его стенами. Этот дом стоял на окраине деревни возле небольшой рощицы, на отшибе, как бы сам по себе, и принадлежал семье поволжских немцев по фамилии Тронер. Немецкая семья появилась в деревне в 1934 году после бегства из голодающего Поволжья и сразу привлекла к себе всеобщее внимание необычным поведением: никто в семье не пил самогон, в колхоз не записались даже под угрозой выселения из деревни, дом поставили своими руками за один сезон, причем все члены семьи, включая взрослых сына и дочь, были одновременно и каменщиками, и штукатурами, и столярами, и плотниками. В огороде выращивали диковинные для наших мест растения, в том числе табак, который у местных курильщиков был дороже золота (правда, золота у этих курильщиков также не водилось). Но главной достопримечательностью этого единоличного подворья был не дом, а пасека, состоящая из нескольких десятков пчелиных ульев. Пчелы были основным занятием и гордостью старшего из Тронеров, а остальные члены семьи занимались, по современной терминологии, агропромышленным бизнесом, причем достаточно успешно. В летние месяцы глава семьи (деревенская кличка — Дед Тронер), одетый в диковинные защитные одежды, периодически производил съем излишков меда из пчелиных сот (как говорили в деревне, «гнал мед»). И тогда наступали чудесные дни «праздника меда», объединенные с «днями открытых дверей»… В эти дни почетными гостями семьи Тронеров были все голодные деревенские дети, способные самостоятельно преодолеть расстояние от деревни до пасеки. Условий для участия в празднике меда было всего два — хлеб для собственного потребления каждый из гостей должен был принести с собой, а посуду типа банок и горшков приносить с собой строго запрещалось...
Наши праздники закончились в 1946 году — осенью этого года «Деда Тронера» забрали чекисты, обвинив в пособничестве фашистам (немец все-таки!), чем вызвали глухой ропот среди местных жителей. На самом же деле семья Тронеров во время оккупации была чуть ли не самой лояльной по отношению к советской власти — младший Тронер с первых до последних дней воевал на фронте, а «дед» категорически отверг предложение немцев стать деревенским старостой (на эту должность с удовольствием согласился другой наш земляк — украинец). После ареста «деда» его сын долго ходил по инстанциям, празднично украсив китель своими орденами и медалями, но ничего не добился, только накликал беду на остальных членов семьи. Ближе к весне к дому Тронеров милиционеры подогнали грузовую машину, погрузили в нее всех всю семью и кое-какое барахлишко, вывезли на железнодорожную станцию и — прощай, село Александровка, здравствуйте, степи Казахстана!
Больше в нашу деревню никто из Тронеров никогда не заглядывал. Оставшееся после них хозяйство, в первую очередь пчелиные ульи, растащили по домам деревенские мужики и бабы. Но то ли пчелы уже почувствовали гибель своего хозяина, то ли уход за ними со стороны новых хозяев был недостаточным, теперь это уже установить трудно, однако на следующее лето от пасеки «Деда Тронера» уже ничего не осталось — за зиму все пчелиные рои погибли, а о своем празднике меда деревенским ребятам пришлось забыть навсегда. Исчезла и материальная память об этой семье — диковинный кирпичный дом, построенный их мастеровитыми руками: сначала в нем по непонятным причинам возник пожар, а оставшиеся после пожара закопченные стены мужики разобрали по кирпичику для своих хозяйственных нужд.
Источник