Норвежцы в Иерусалиме

1110 год

Вслед за тем были взяты древние города Библ, Сарепта и Бейрут, вместе со своими областями превращенные в рыцарские феоды и розданные победителям. Выполнив свою миссию, пизанцы и генуэзцы уплыли в свои края; с ними вместе покинули Восток и многие рыцари.

Король Иерусалимский почувствовал себя осиротевшим и уже готов был отказаться от дальнейших завоеваний, как вдруг прибыла неожиданная подмога: в гавани Яффы высадилось десять тысяч норвежцев во главе с Сигурдом, сыном короля Магнуса. Как выяснилось, эти славные воины три года путешествовали по морям, прежде чем добрались до святых мест, которым желали поклонился. Обрадованный Балдуин, выйдя навстречу норвежскому принцу, пригласил его в Иерусалим и просил помочь христианскому делу и довершить отвоевание Царства Христова.

Сигурд охотно согласился и потребовал единственную награду – кусочек дерева от Животворящего Креста. Иерусалимский патриарх, чтобы набить цену, долго медлил с ответом. А потом был заключен договор, столь же торжественно, как если бы дело шло о передаче государства.

Вступление норвежцев в Иерусалим произвело сенсацию. Поражались высокому росту и статности пришельцев, чудовищным размерам их боевых топоров – все казалось сказочным, необычным. Норвежцев использовали при взятии Сидона; они действовали смело, слаженно и вполне заработали просимое – город был взят после тяжелой шестинедельной осады, с которой местные христиане едва ли справились бы в одиночку.

Считая свое дело сделанным, Сигурд и его воины затем покинули Палестину, увозя с собой драгоценную реликвию и благословение своих новых союзников.

Мишо, "История Крестовых походов"

Осада крестоносцами Птолемаиды

1189 г.

Извещенный об этих событиях, Саладин, прервав завоевание Финикии, повел свою армию под Птолемаиду и занял позицию на возвышенности, контролирующей лагерь христиан, вследствие чего осаждающие, очутившиеся между городом и вражеской армией, сами оказались как бы в состоянии осады. После многих стычек, проходивших с переменным успехом, Саладину удалось пробиться к городу; он постарался воодушевить его защитников, оставил в крепости часть отборных воинов и вернулся в свой лагерь, поджидать флот из Египта. Через несколько дней флот появился, но, к огорчению мусульман и к радости христиан, то были не египтяне, а очередная партия рыцарей с Запада и единоверцы из Тира, правитель которых пожелал участвовать в отвоевании Птолемаиды.

Теперь, располагая достаточными силами на суше и на море, христиане решили дать генеральный бой Саладину. 4 октября они вытянулись против лагеря султана вдоль всей Птолемаидской равнины. На правом фланге находился король Гюи, впереди которого четыре рыцаря несли обтянутое тафтой Евангелие; он командовал французским ополчением и госпитальерами. В центре ландграф Тюрингский возглавил немецкие, пизанские и английские отряды. Левый фланг, упиравшийся в море и состоявший из венецианцев и ломбардцев, имел начальником Конрада Тирского. Резервный корпус составляли тамплиеры; охрана лагеря была поручена брату короля, Жофруа Лусиньяну, и Жаку Авенскому. В целом христианская армия представлялась столь организованной и компактной, что один из рыцарей не удержался от возгласа: «Здесь и без Бога победа наша».

Битву начали кавалеристы и стрелки короля. Внезапным и дружным ударом они смяли левый фланг армии Саладина и обратили врагов в бегство. Начавшаяся паника позволила христианам с ходу взять ставку Саладина, и сам он, покинутый гвардией, едва не погиб в общей свалке. Но крестоносцев погубила их обычная алчность. Овладев вражеским лагерем, они предались неудержимому грабежу, что сразу же нарушило общий порядок. Сарацины, заметив, что их больше не преследуют, соединились под знаменем своего вождя и бросились в атаку. Не ждавшие подобного оборота, христиане, нагруженные добычей, которую не хотелось упускать, обнаружили полную растерянность. Попытки отдельных вождей восстановить боевой порядок не имели успеха, и вскоре христианская армия рассеялась, неся большие потери. Одни тамплиеры пытались бороться, но и они были разбиты, а их гроссмейстер, захваченный мусульманами, по приказу Саладина был казнен.

1190

Внезапно разнеслись слухи о приближении огромной армии крестоносцев во главе с самим императором Фридрихом Барбароссой. Саладин, обеспокоенный этим известием, решил предупредить немцев и отправил им навстречу значительную часть своего войска. Осаждающие тут же решили использовать раздробление сил врага, с тем чтобы разбить и отогнать армию мусульман с равнины под Птолемаидой обратно в горы. Завязалось второе крупное сражение в ходе этой войны; оно прошло точно по тому же сценарию, что и предыдущее. Сначала христиане нанесли сильный удар мусульманам и даже проникли в их лагерь. Затем, как обычно, они увлеклись грабежом, дали противнику время собрать силы и ответить контрударом, который привел к полному разгрому христиан. «Девять рядов мертвецов, – говорит арабский историк, – покрыли равнину, лежавшую между холмами и морем; в каждом же ряду было по тысяче воинов». К довершению горя побежденных и радости победителей, когда прибыли наконец ожидаемые немецкие крестоносцы, они оказались не великой армией под началом всемирно известного полководца, а горсткой жалких оборванцев, ведомых никому не известным сыном Барбароссы!

Германское заточение Ричарда Львиное Сердце

1191

Леопольд, герцог Австрийский, проявивший чудеса доблести, был глубоко оскорблен тем, что Ричард приказал сбросить в ров знамя, воздвигнутое этим князем на взятой им башне; затаив обиду, герцог проявил благоразумие и удержал своих воинов от решения дела оружием.

1192

Английского короля по прибытии в Европу ожидала длительная неволя. Корабль, на котором он отбыл из Палестины, потерпел крушение и затонул у берегов Италии. Ричард Львиное Сердце, побоявшись идти через Францию, предпочел Германию. Несмотря на костюм простого паломника, монарх благодаря своей тароватости был узнан, и так как имел повсюду врагов, оказался в руках солдат герцога Австрийского. Леопольд не забыл и не простил обиды, нанесенной ему Ричардом при взятии Птолемаиды; объявив короля пленником, он тайно заключил его в один из своих замков.

Европа не знала, что стало с доблестным королем. Один из его приверженцев, аррасский дворянин Блондель, обошел всю Германию в одежде менестреля, отыскивая следы Ричарда. Подойдя к замку, где, как ему сообщили, томился какой то знатный пленник, Блондель услышал голос, напевавший начало песни, когда то сочиненной им вместе с английским королем. Блондель тотчас пропел второй куплет; Ричард его узнал, он же отправился в Англию сообщить, что нашел тюрьму короля. После этого герцог Австрийский побоялся дольше держать коронованного узника и передал его германскому императору. Генрих VI, также таивший давнюю злобу против Ричарда, заковал его в цепи, словно взятого на поле сражения. Герой Крестового похода, прославленный во всем мире, был брошен в мрачную тюрьму и оставался там долгое время добычей мести врагов, которыми были христианские государи. Наконец его привезли на имперский сейм, созванный в Вормсе, и обвинили во всех преступлениях, которые могли придумать зависть и злоба; но вид короля в цепях тронул собравшихся, а когда он произнес свою оправдательную речь, епископы и бароны залились слезами, прося императора отказаться от бесполезной жестокости.


Потом Ричарда освободили за выкуп, а Генрих VI ради прощения грехов и (в большей степени) в поисках славы отправился в Святую землю, разбил преемника Саладина Малек Аделя и взял Бейрут.